Мерзляков Алексей Федорович

Мерзляков Алексей Федорович (1778-1830) – поэт, переводчик, критик. В Москву приехал из Перми. Окончил университет и преподавал в нем более 25 лет.

Современники отмечали в Алексее Федоровиче удивительную простоту и искренность. По литературным взглядам он был консерватором, писал тяжеловесные оды, выступал против появившегося романтизма. Однако читая «Кавказского пленника» Пушкина, он не переставал удивляться, как это вещь, не отвечающая его принципам, так ему нравится.

В памяти любителей поэзии Мерзляков остался, как автор одной песни, начинающейся словами:

Среди долины ровныя,
На гладкой высоте
Цветет, растет высокий дуб
В могучей красоте.

Написана она была в 1810 г. в доме, где жила Анисья Федоровна Вельяминова-Зернова (1788-1876). В то время Анисье было всего 22 года, а Алексей Федорович учил ее словесности и был безнадежно влюблен в свою ученицу. Безнадежно, потому что не в их силах было преодолеть сословные различия.

Однажды вечером Алексей Федорович был особенно грустен, говорил о своем одиночестве. Потом взял мел на ломберном столе начал писать. Ему дали перо с бумагой, и он записал все стихотворение. О девушке мы почти ничего не знаем, но получилось так, что теперь с "его названьем стали повторять ее". Своей любви он подарил долгую жизнь.

Оставил Алексей Федорович добрую память у своих учеников. А его учениками были Д.В. Веневитинов, Ф.И. Тютчев, А.С. Грибоедов, М.Ю. Лермонтов. Конечно, зачастую ученики неизмеримо превосходили талантом своего учителя. В сравнении с некоторыми из них он и поэтом не был. Но Алексей Федорович раскрыл перед ними законы русского языка и поэзии и создал среду, в которой их таланты смогли развиваться. В 1810-1820 гг. лекции Мерзлякова были чрезвычайно популярны. Он обладал даром импровизатора, чувством красоты языка, прекрасно излагал свои мысли. Слушатели видели, как мысль и слова ее выражающие рождаются одновременно, прямо на их глазах. Его выступления запоминались на всю жизнь. И это несмотря на то, что Мерзляков слегка заикался и довольно беспечно относился к лекциям: мог на них не придти или, увлекшись, далеко отклониться от программы.

Ф.И. Тютчев и М.Ю. Лермонтов 

Мерзляков для Тютчева и Лермонтова был больше, чем преподаватель.

В начале 1818 г. Мерзляков, будучи крупнейшим московским литературным критиком, зачитал на заседании Общества любителей российской словесности стихотворный перевод послания Горация к Меценату. Автором перевода был 14-летний Ф. Тютчев. Уже на заседании 30 марта 1818 г. по рекомендации Мерзлякова Тютчев был принят в число сотрудников Общества, а послание было напечатано в "Трудах" Общества. Это имело огромное значение в глазах семейства Тютчевых. В том же году Тютчев становится студентом университета. Здесь тоже не обошлось без свидетельства со стороны Мерзлякова. Алексей Федорович становится частым и желанным гостем в доме Тютчевых.

Возможно, мы обязаны Мерзлякову не только тем, что он помог развиться таланту Лермонтова, но и способствовал появлению одного из невероятных циклов стихов, посвященных Н.Ф. Ивановой.

До того, как Лермонтов стал студентом университета его бабушка, Арсеньева, пригласила Мерзлякова давать Мишелю домашние уроки русской словесности и стихотворчества. Так что, преподаватель и будущий поэт были хорошо знакомы. В то же время, Мерзляков хорошо знал отца Натальи Федоровны – драматурга Ф.Ф. Иванова, и вполне мог познакомить Лермонтова с Ивановой. В результате в 1830-1832 гг. появился цикл стихотворений, адресованных "Н.Ф.И." Эти стихотворения обессмертили имена Лермонтова и Натальи Федоровны Ивановой. Помните "Любил с начала жизни я ..." (1830), "Я не достоин, может быть..." (1831), "Я не унижусь пред тобою..." (1832).

И.И. Шишкин. "Среди долины ровныя..." – "соавторство" через 70 лет 

Стихотворение, написанное Мерзляковым в 1810 г., оказалось настолько напевным, что вскоре стало песней. Причем, авторами музыки называли сразу нескольких современников Алексея Федоровича: Д.Н. Кашина, С.И. Давыдова и О.А. Козловского. Первые двое были его хорошими знакомыми, с которыми он сотрудничал много лет. О.А. Козловский – боевой офицер, ставший профессиональным композитором и дирижером.

Позже к этому списку добавилось имя М.И. Глинки (1804-1857). Возможно, что существовали несколько музыкальных вариаций. Поскольку неоспоримых доказательств в пользу одного автора нет, то часто стали указывать, что песня "народная".

Второе рождение песни произошло в 1880-х гг., и связано тоже с печальным событием. В 1881 г. у художника И.И. Шишкина (1832-1898) умерла жена Ольга Лагода (1850-1881). Они прожили вместе всего один год. Шишкин потерял не только горячо любимую жену. Она была его ученицей, и о ее таланте говорит хотя бы то, что написанные ею картины покупал П.М. Третьяков (1832-1898).

Иван Иванович тяжело переживал утрату. И вот, однажды, будучи за городом, Шишкин увидел в поле могучий одинокий дуб и вспомнил стихотворение Мерзлякова "Среди долины ровныя..." Все это переплелось с судьбой художника. В личном плане он опять одинок. В творческом - собратья по "перу" признавали одаренность Шишкина, но прохладно относились к его увлеченности русским пейзажем. В 1883 г. Иван Иванович написал картину, которую так и назвал "Среди долины ровныя..." Многие отнесли картину к редкому жанру пейзажа-автопортрета.

Песня "Среди долины ровныя..." – явление удивительное:

• это – единственная песня, имеющая зрительное воплощение. Не иллюстрацию, а именно воплощение;
• песня-образ создавалась поэтом и художником, пережившими одинаковую трагедию. Причем, "соавторство" было разнесено на 70 лет.

Исполняли песню все выдающиеся певцы, в репертуар которых входили русские народные песни. В 30-50-е гг. 20 в. ее пел Георгий Виноградов, позже – Юрий Гуляев. В наши дни ее исполняет Иосиф Кобзон.

Здесь песню можно услышать в исполнении Георгия Виноградова:

Прослушать

Память 

26 июля 1830 г. в Москве в возрасте 52 лет умер от холеры профессор А.Ф. Мерзляков. Выражая свою любовь к учителю, студенты несли гроб на руках от Сокольников до Ваганькова.

Помните у Лермонтова:

Закат горит огнистой полосою,
Любуюсь им безмолвно под окном,
Быть может, завтра он заблещет надо мною,
Безжизненным, холодным мертвецом...

Стихотворение датировано "1830, Октября 9". В этом году в Москве была эпидемия холеры, и слова Лермонтова не были романтическим преувеличением.

В Москве есть Мерзляковский переулок. В этом переулке, в небольшом доме, стоявшем на месте пятиэтажного дома 13, в 1809-1810 гг. жил А.Ф. Мерзляков. К названию переулка это отношения не имеет. Еще в 17 в. переулок назывался Мамстрюковым по имени предка одного из домовладельцев – князя Дмитрия Мамстрюковича Черкасского. Москвичи же просто заменили название на более близкое и понятное.

И, все же, Москва хранит "в камне" память об А.Ф. Мерзлякове: его имя высечено на памятнике-обелиске, стоящем в Армянском переулке напротив Главного дома Лазаревых.

Люди

Лазарев Иван Лазаревич

Дома

Армянский пер., 11. Усадьба Гагариных – Усадьба Тютчевых – Российский детский фонд