Архангельский пер., 15A. Башня Меншикова – Церковь Архангела ГавриилаБашня Меншикова – удивительное создание. Прекрасная и таинственная. О ней мало, что известно наверняка. Кажется, она говорит: "Зачем вам знать? Смотрите и любуйтесь!" Были времена. Можно было "смотреть и любоваться". Но построили церковь Феодора Стратилата, и закрыли Башню со стороны Архангельского переулка. Построили дома по Кривоколенному переулку, и закрыли западный вход с витыми колоннами. Затем построили здание Почтамта, и отгородили Башню от Мясницкой улицы.
Нам остается утешаться, что истинная красота не открывается полностью. Как знать, быть может, эта "закрытость" и спасла Башню в суровое время. Не мешала она проезду, как Красные Ворота. Не мешала проходу, как Церковь Успения в Потаповском переулке. Едва ли на ее месте можно было построить школу... Впрочем, в 1928 г. работники Московского почтамта, написали в Моссовет, что Башня "исторической ценности не представляет, никто ее не осматривает и существованием ее не интересуется, а между тем она занимает довольно значительную площадь во дворе Почтамта, которая в связи с механизацией крайне необходима для него". Далее следовала просьба-требование: "...Почтамт просит Президиум Моссовета о закрытии церкви и о предоставлении помещения для нужд Почтамта и, если возможно, дать разрешение к сносу ее". "Нужды" почтовиков почему-то остались без ответа. Возможно, вмешался А.В. Луначарский. В то время он еще заведовал Наркомпросом РСФСР, располагавшемся в доме 6 по Чистопрудному бульвару. Выходящие во двор окна смотрели прямо на Меншикову башню, и, скорее всего, Луначарскому это было небезразлично. Впрочем, это – все догадки. Теперь о тайнах "красавицы":
Меншикова башня и Петропавловский соборБашня Меншикова послужила прототипом одного из самых известных сооружений Петербурга: колокольни Петропавловского собора. Сейчас они мало похожи. Но было время, когда обе башни имели практически одинаковые шпили с ангелами, пропорции, ярусность. На них были установлены схожие часы-куранты. Удивительного в архитектурном сходстве ничего нет. В 1712 г. возведением Петропавловского собора руководил Доменико Трезини, который принимал участие в строительстве Меншиковой башни, а, возможно, и разрабатывал ее проект. Вместе с Трезини на строительство Петербурга перевели и каменщиков. Но если Трезини стал главным архитектором Петербурга и увековечил свое имя, то каменщики просто сгинули в северных болотах. Схожа была и судьба башен: оба шпиля сгорели от удара молнии и куранты рухнули. До восстановления башен прошли десятилетия. И здесь нет ничего удивительного. Чего еще можно ожидать от "шпильки" высотой около 100 м без громоотвода? Ну, а что восстанавливать не торопились, так это и вовсе не удивительно. В 1991 г. в Петропавловской крепости появился шемякинский памятник Петру I, представляющий императора в нетрадиционном виде. Соответствие памятника первоисточнику пояснялось использованием при его "лепке" "восковой персоны" и маски, сделанных Б.К. Растрелли сразу после смерти Петра. Ни самому Шемякину, ни властям, установившим памятник, почему-то было невдомек, что правда "посмертной маски" не предназначается для постоянного всеобщего созерцания. Место такого творения в кунсткамере. В связи с этим можно вспомнить одну историю о "воплощении" Петра. Полагают, Трезини знал, что Петропавловский собор будет царской усыпальницей и постарался увековечить образ Петра в шпиле Петропавловской колокольни. Он должен был напоминать о длинной фигуре Петра с узкими плечами и маленькой головой. Правда это или нет, но сходство действительно есть. Тонкое, ненавязчивое. Как и должно быть. Церковь Архангела Гавриила: анкетные данные
Меншикова Башня – любимица москвичейПуть к признанию был трудным:
Удивительно, что полуразрушенная церковь простояла 50 лет. Ее восстановили в 1773-1779 и в 1787 гг. по инициативе и на деньги Гавриила Захарьевича Измайлова. При реставрации Башни вместо верхнего яруса с 30-метровым шпилем сделали округлый купол с винтовым шпилем. Убрали статуи ангелов с орудиями Страстей. Вместо них поставили... вазы. Все это сильно изменило вид Башни. Ушла резкость, которую придавал ей высокий шпиль, как бы "протыкающий" небо. Башня приобрела округлость форм, "мягкость". Впечатление мягкости усиливалось новым шпилем, похожим на пламя свечи. И это несмотря на то, что Башня осталась по-прежнему самой высокой церковью Москвы. После реконструкции церковь стала всеобщей любимицей москвичей. И опять удивительно. Мы практически ничего не знаем о Г.З. Измайлове. Источники упоминают, что он был из богатого рода, владел домом находившемся на месте дома 19 по Мясницкой улице, был масоном. И все. А между тем, после реконструкции башню Меншикова, скорее стоит называть башней Измайлова.
В 1852 г. митрополит Филарет (1782-1867) вдруг вспомнил о масонских знаках и латинских надписях и приказал все это уничтожить. Выполнять требование митрополита не торопились. Надписи и символы были частично заменены или сбиты только в 1863 г. Остался шпиль, похожий на пламя свечи, вазы, заменившие подгоревших белокаменных ангелов. До них добраться не смогли или не захотели. Остались фигуры над южным входом, держащие в руках свитки со стертыми надписями... Самые трогательные слова написал о Башне Александр Пастернак, который жил напротив нее, в доме на Мясницкой улице: "...когда я называю эту Башню, я до сих пор испытываю порыв восторга и самых горячих чувств... Ни в каких описаниях и анализах не говорится и не запечатлено то, как изменчиво и каждый раз по-новому, но всегда одинаково потрясающе красиво выглядит эта своеобразная архитектура то ранним утром, особливо зимой, в мороз, в молочно-розовом перламутровом переливе тумана, то, в густых закатных багрово-темных лучах солнца, то в особенности, в полнолуние, когда все позолоченные детали отливают зеленовато-синими яркими блестками золота, обильно политого лунным излиянием..." Я видел Башню в зеленом закате ранней весны, и я счастлив, что это смогут увидеть другие. Послание Меншиковой башни...Слева и справа над южным входом располагаются две фигуры, которые "при ближайшем рассмотрении" производят необычное впечатление: они держат в руках пустые свитки. По-видимому, на них были надписи, неугодные митрополиту Филарету. "Реставраторы" не стали менять надписи, они их просто стерли. И получилось... Существует легенда, по которой Александр Македонский просил, чтобы во время похорон были видны его раскрытые ладони. Он хотел, чтобы все видели, что он уходит с "пустыми руками". И теперь люди, держащие свитки, как бы шлют нам свое "пустое послание". Вглядитесь в лица. Кажется, что слышишь голоса людей, причастных к этому чуду: "Мы были..."
Вокруг Башни МеншиковаНапоследок обойдем вокруг Башни, и просто на нее посмотрим. "Вокруг" – некоторое преувеличение, поскольку с Востока подойти к Башне нельзя. Но и трех сторон вполне достаточно, чтобы увидеть белые кружева ее украшений, причудливые волюты у западного входа.
Улицы
Люди
Дома
|
|
© Моя Москва, 2004-2010
|
|
Веб-студия ЛюксСайт |