Яндекс.Недвижимость: квартиры в новостройках от застройщика. Квартиры в ипотеку


Афоризмы и крылатые выражения Грибоедова

Афоризмы – неоспоримое достоинство пьесы Грибоедова "Горе от ума". Даже для современного читателя крылатые выражения составляют значительную часть пьесы, а в январе 1825 г. Пушкин написал А.А. Бестужеву: "О стихах я не говорю, половина – должны войти в пословицу".

Многие афоризмы Грибоедова вошли в повседневную речь:

А судьи кто?

Счастливые часов не наблюдают.

И дым Отечества нам сладок и приятен!

Свежо предание, а верится с трудом.

Вот то-то, все вы гордецы!

Герой не моего романа.

Служить бы рад, прислуживаться тошно.

Блажен, кто верует, тепло ему на свете!

Мы пользуемся крылатыми выражениями, уже не думая об их авторстве.

Конечно, цитаты из "Горя от ума" получили популярность не только благодаря таланту Грибоедова. После переворота 1917 г. обличительную пьесу включили в школьные программы и репертуары театров.

Крылатые фразы Грибоедова, приведённые ниже, соотнесены с действующими лицами пьесы. Получились их характеристики через крылатые фразы. Всего в списке восемьдесят пословиц.

В заголовки вынесены наиболее популярные, а, следовательно, наиболее соответствующие данному лицу пословицы.

 

Лиза – Минуй нас пуще всех печалей и барский гнев, и барская любовь 

Не спи, покудова не скатишься со стула.

Минуй нас пуще всех печалей
И барский гнев, и барская любовь.

Грех не беда, молва не хороша.

И кто влюблён – на все готов.

 

Фамусов – Вот то-то, все вы гордецы! 

Ей сна нет от французских книг,
А мне от русских больно спится.

Друг. Нельзя ли для прогулок
Подальше выбрать закоулок?

А все Кузнецкий мост, и вечные французы.

Не надобно иного образца,
Когда в глазах пример отца.

Ужасный век! Не знаешь, что начать!

Ах! матушка, не довершай удара!
Кто беден, тот тебе не пара.

Упал он больно, встал здорово.

Что за комиссия, Создатель,
Быть взрослой дочери отцом!

Читай не так, как пономарь,
А с чувством, с толком, с расстановкой.

Пофилософствуй – ум вскружится.

Что за тузы в Москве живут и умирают!

Именьем, брат, не управляй оплошно,
А, главное, поди-тка послужи.

Вот то-то, все вы гордецы!

Обычай мой такой:
Подписано, так с плеч долой.

Не быть тебе в Москве, не жить тебе с людьми;
В деревню, к тётке, в глушь, в Саратов.

Он вольность хочет проповедать!

При мне служащие чужие очень редки;
Все больше сестрины, свояченицы детки.

Ну как не порадеть родному человечку!..

Вы повели себя исправно:
Давно полковники, а служите недавно.

Поспорят, пошумят, и... разойдутся.

Ну вот! великая беда,
Что выпьет лишнее мужчина!
Ученье – вот чума, учёность – вот причина.

Уж коли зло пресечь:
Забрать все книги бы да сжечь.

Ба! знакомые все лица!

Что говорит! и говорит, как пишет!

Ах! Боже мой! что станет говорить
Княгиня Марья Алексевна!

 

София – Герой не моего романа 

Я гнева вашего никак не растолкую...
Шёл в комнату, попал в другую.

Счастливые часов не наблюдают.

Ни беспокойства, ни сомненья...
А горе ждёт из-за угла.

Мне всё равно, что за него, что в воду.

Ах! если любит кто кого,
Зачем ума искать и ездить так далёко?

Лицом и голосом герой... (Чацкий)
Не моего романа. (София)

Да эдакий ли ум семейство осчастливит?

Благодарю вас за билет,
А за старанье вдвое.

Унизить рад, кольнуть, завистлив, горд и зол!

А, Чацкий! Любите вы всех в шуты рядить,
Угодно ль на себя примерить?

 

Чацкий – А судьи кто? 

Чуть свет уж на ногах! и я у ваших ног.

И вот за подвиги награда!

Ах! тот скажи любви конец,
Кто на три года вдаль уедет.

Где ж лучше? (София)
Где нас нет. (Чацкий)

Когда ж постранствуешь, воротишься домой,
И дым Отечества нам сладок и приятен!

Числом поболее, ценою подешевле?

Господствует ещё смешенье языков:
Французского с нижегородским?

Свежо предание, а верится с трудом.

Велите ж мне в огонь: пойду как на обед.

Служить бы рад, прислуживаться тошно.

А впрочем, он дойдёт до степеней известных,
Ведь нынче любят бессловесных.

Кто служит делу, а не лицам...

Когда в делах – я от веселий прячусь,
Когда дурачиться – дурачусь,
А смешивать два эти ремесла
Есть тьма искусников, я не из их числа.

Дома новы, но предрассудки стары.

А судьи кто?

Кричали женщины: ура!
И в воздух чепчики бросали!

Но чтоб иметь детей,
Кому ума недоставало?

Чины людьми даются,
А люди могут обмануться.

Блажен, кто верует, тепло ему на свете!

Помилуйте, мы с вами не ребяты,
Зачем же мнения чужие только святы?

Не поздоровится от эдаких похвал.

Нет! недоволен я Москвой.

Рассудку вопреки, наперекор стихиям.

Хоть у китайцев бы нам несколько занять
Премудрого у них незнанья иноземцев.

Послушай! ври, да знай же меру.

Вон из Москвы! сюда я больше не ездок.
Бегу, не оглянусь, пойду искать по свету,
Где оскорбленному есть чувству уголок!..
Карету мне, карету!

 

Скалозуб – По моему сужденью, пожар способствовал ей много к украшенью 

He знаю-с, виноват;
Мы с нею вместе не служили.

По моему сужденью,
Пожар способствовал ей много к украшенью.

Довольно счастлив я в товарищах моих,
Вакансии как раз открыты.

Он в три шеренги вас построит,
А пикните, так мигом успокоит.

 

Молчалин – Ах! злые языки страшнее пистолета 

Не повредила бы нам откровенность эта...
Ах! злые языки страшнее пистолета.

В мои лета не должно сметь
Свое суждение иметь.

 

Хлестова – Все врут календари 

Час битый ехала с Покровки, силы нет.

Над старостью смеяться грех.
Я за уши его дирала, только мало.

Все врут календари.

...чужих имений мне не знать!

В его лета с ума спрыгнул!
Чай, пил не по летам.

Москва, вишь, виновата.

 

Репетилов – Взгляд и нечто 

А у меня к тебе влеченье, род недуга...

Да умный человек не может быть не плутом.

Взгляд и нечто.

Чуть из виду один, гляди уж нет другого.

 

Княгиня – Он химик, он ботаник 

Чинов не хочет знать! Он химик, он ботаник...